Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
Противодействие цифровым угрозам, современному рабству и опасностям для детей

Электронное обучение: есть ли проблемы?

О внедрении цифровых технологий в образование говорят уже давно – как минимум лет десять. И не только говорят, но и делают. Еще во второй половине 2000-х годов главной целью Приоритетного нацпроекта «Образование» было обеспечение всех российских школ качественным Интернет-соединением и компьютерами. Скорости с тех времен, конечно, выросли, да и компьютеры стали помощнее, но тем не менее вопрос предоставления доступа к цифровым технологиям прямо в школьных стенах стал решаться. Ибо было ясно: качественного образования без «цифровых помощников» в настоящее время не получить.

С распространением цифровых технологий по стране и резким уменьшением «цифрового неравенства» Интернет все чаще стал использоваться для обучения – уже специализированно. Стали появляться и множиться различные образовательные продукты, действующие онлайн. От простых тестов произошел плавный переход к электронным книгам, затем пришло время обучающих вебинаров, а в конце концов в Сети возникли полноценные образовательные платформы, соединяющие в себе все возможные технологии – вебинаров, учебников, средств контроля знаний. Все это получило название «цифровое обучение», затем «цифровое образование» и параллельно «дистанционное образование».

Здесь сразу нужно разобраться в терминологии. «Цифровое образование» и «дистанционное образование» - это отнюдь не одно и то же. Цифровые обучающие инструменты вполне могут использоваться при очной форме обучения, то есть в классе. Дистанционное же образование – это получение знаний без присутствия в школьной или вузовской аудитории; при этом, как многие помнят, оно успешно существовало и в доцифровую эпоху, называясь «заочным». Тем не менее, в силу прогресса цифровых технологий, дистанционное обучение стало прочно ассоциироваться с цифровыми каналами, и, говоря «дистанционное обучение», многие подразумевают «обучение по Интернету». Еще одно отдельное понятие – это порталы с функцией контроля домашних заданий и оценок (например, «электронные дневники»), также далекие от собственно «дистанта».

До 2020 года электронно-дистанционное обучение всегда являлось «вторым» после очного и никогда не конкурировало с ним за «звание» «главной формы образования». Онлайн-курсы использовались, как правило, для повышения квалификации, переподготовки специалистов, получения ими дополнительных навыков, а для детей – в целях вспомогательного обучения, обычно имевшего внешкольную форму. Максимум, где «дистант» мог конкурировать с аудиторным обучением – это изучение иностранных языков. Тем не менее, в силу востребованности цифровые курсы получили устойчивую «прописку» в Интернете и устойчивую аудиторию. Они частично снимали проблему получения качественных знаний в удаленном (и даже трансграничном) режиме, давая доступ к образовательным технологиям людям из удаленных уголков планеты. Весьма много курсов предоставляются на коммерческой основе, то есть за плату.

Однако весной 2020 года дистанционное обучение, неожиданно для себя, прямо заменило привычную всем аудиторную форму. Причиной этому стали мероприятия по «самоизоляции» из-за коронавируса – когда школы и вузы были закрыты, а учиться все-таки требовалось. Преподаватели были вынуждены «адаптироваться» на ходу, пытаясь перевести обычный образовательный процесс в зачастую непривычную им цифровую форму. На практике, за отсутствием заранее подготовленных цифровых дистанционных курсов по каждому предмету, эта адаптация приняла форму вебинаров, для которых использовались самые разные сервисы видеосвязи – подчас совершенно не предназначенные для обучения. Контроль заданий, соответственно, осуществлялся через электронную почту и мессенджеры. Школы с высокой долей цифровизации обучающего процесса, разумеется, постарались встроить в этот процесс имеющиеся у них и используемые при аудиторном обучении цифровые пособия и наглядные материалы.

С учетом этого несколько неожиданного опыта, массово заговорили о возможности «подмены» привычной оффлайновой формы обучения «электродистанционной» и о грядущей «смерти» очного образования. В России масла в огонь подлили сведения о планах Минпросвещения провести в нескольких регионах эксперимент по дистанционному образованию – информация была понята так, что «дистант» должен будет в рамках этого эксперимента полностью вытеснить очную форму. Со стороны преподавателей и родителей возник протест, местами доходящий до демонизации «цифры» в образовании и предсказаний в стиле антиутопий из фантастики. И хотя министерство разъяснило, что об отказе от аудиторного обучения речи не идет,  страсти по безопасности и допустимости «цифрового дистанта» не улеглись.

Безопасно ли цифровое дистанционное обучение? Вопрос этот на самом деле возник еще во время бума дистанционных курсов – а сейчас просто приобрел новую остроту. С точки зрения кибербезопасности дистанционные курсы никогда не рассматривались как что-то критически важное, и поэтому меры их киберзащиты носили и носят вполне стандартный характер. Как правило, угрозы сопровождали платные онлайн-курсы и носили вполне обычный для экономических угроз характер – «охота» за паролями доступа к курсу и попытки кражи платежей клиентов. Бывало и так, что пользователям предлагался фальшивый онлайн-курс, за который предоплатой взимали деньги – после чего пользователь оставался «при своих интересах». Взломы цифровых курсов – редчайшее явление, обычно имевшее место в результате «конкурентных войн».

Однако в «эпоху коронавируса» на проблему кибербезопасности дистанционного обучения пришлось взглянуть под другим углом. «Скучающие хакеры» стали взламывать коммуникационные онлайн-сервисы и вклиниваться в конференции, посредством которых шло онлайн-обучение. Известен случай, когда процесс обучения прервали трансляцией порнографии. Таким образом, проблема кибербезопасности дистанта актуализировалась, но… она должна быть скорее адресована администрациям видеокоммуникационных сервисов. При этом сам факт их использования для обучения не принципиален – ведь взломать могут и видеосовещание, где обсуждаются коммерческие секреты. Надо сказать, что сами сервисы обеспокоились своей недостаточной «взломостойкостью» и планируют инвестировать в свою инфобезопасность.

С точки зрения же контентной безопасности ситуация за время коронавируса принципиально не изменилась. Пытаясь заменить вебинарами аудиторное обучение, школьные учителя фактически «зачитывали» своим ученикам обычный курс. А вот с внешкольным образованием все не так радужно. Дело в том, что верифицировать качество предлагаемого онлайн-курса очень тяжело даже пользователю с хорошей цифровой грамотностью.  Проще говоря, пользователь за свои деньги может получить совершенно некачественное обучение – и претензий ни к кому предъявить не удастся. Хотя бы просто потому, что, скажем, организатор вебинара просто не обладает соответствующими компетенциями. Или имеет место плохое изложение материала, или некачественно продуманы задания обучающимся. Весьма часто встречаются случаи, балансирующие на грани мошенничества – когда в качестве лектора предлагается «придуманный гуру» с фальшивыми регалиями и достижениями. Еще хуже, когда для привлечения аудитории создатели курса используют имена реальных экспертов и специалистов без согласования с ними – их либо «подают» в качестве соавторов (разумеется, эксперты об этом ни сном ни духом), либо как рецензентов, одобривших качества курса («рецензенты» аналогично ни о чем не подозревают). Всплеск онлайн-курсов сомнительного качества пришелся как раз на «период коронавируса», причем практически во всех случаях эти курсы были платными.

Допустимо ли переводить все обучение в дистанционную электронную форму? Как показали опросы родителей и специалистов в области образования (в том числе на общеевропейском уровне – такой опрос проводил Совет Европы), такой шаг был бы преждевременным. В первую очередь, на обучающий процесс во многом влияет атмосфера обучения – в цифровом пространстве атмосферу школьного класса не воспроизведешь. Во-вторых, далеко не все можно заменить «цифрой» - особенно в начальной школе, где детям необходимо осваивать навыки чтения и особенно письма, влияющие на свойство запоминать и излагать информацию. В-третьих, «тотальный дистант» невозможен без полного устранения цифрового неравенства – то есть всеобщей доступности качественного Интернета. И, в конце концов, далеко не все семьи имели возможность обеспечить детям дистанционное обучение даже технически -  как быть, если детей в семье двое, а стационарный компьютер всего один? Не говоря уже о том, что, устно отвечая на вопросы учителя, сидящие в одной комнате дети мешают друг другу? Именно эти проблемы, осознанные только «в режиме реальной эксплуатации», породили скептическое отношение к дистанционному обучению, которое в какой-то момент чуть не «похоронило» эту форму образования в принципе.

Какие выводы были сделаны из первой попытки заменить очное обучение дистанционным? В первую очередь стало понятно, что преподавателям нужен универсальный и качественный инструмент для удаленного цифрового обучения. Проще говоря, единая цифровая платформа общероссийского масштаба. В этой платформе должны присутствовать онлайн-версии школьных курсов, функционал для выполнения проверочных заданий и их контроля. Разумеется, она должна иметь и соответствующую защиту от несанкционированного программно-технического воздействия – то есть от взломов и «падений», для чего она должна круглосуточно поддерживаться соответствующими специалистами.

Соответственно, возникает проблема обучения учителей полноценному использованию цифровых дистанционно-обучающих инструментов. Речь в данном случае идет не об обычном повышении цифровой грамотности преподавателей, а именно о профессиональном обучении. Которое должно включать в себя как собственно обучение использованию цифрового инструмента, так и общее повышение цифровой осведомленности, которое позволит учителям лучше понимать, «как это работает» и какие проблемы могут возникать – как собственно в обучении, так и в работе сервиса.

Для «администраторов» обучения – профильных органов власти – встает проблема полноценной стандартизации дистанционного обучения. Требуется определить, каким критериям онлайн-курсы должны соответствовать и каким стандартам качества удовлетворять, чтобы результаты дистанционного обучения можно было юридически приравнять к очному. Для этого, по мнению специалистов, потребуется полноценный государственный образовательный стандарт (ФГОС) – причем не только для школьного (среднего) образования, но и для высшего и для курсов повышения квалификации. Это, к слову, будет полезно и работодателям – им будет легче отличить реальное повышение квалификации от «сертификатов», приложенных к резюме «для имиджа».

Оставить комментарий

Пока никто не оставил комментариев.

Пропал ребенок!

сообщить

Жестокое обращение!

сообщить

Противоправный контент!

сообщить

Линия помощи!

сообщить

Организаторы

  • Региональный общественный центр Интернет технологий
  • Общественная Палата
  • Сопротивление
  • Уполномоченный при Президенте Российской Федерации по правам ребенка

При поддержке

To Top