img

Если Вы столкнулись с Интернет-угрозой, Вы можете обратиться на Линию помощи или на Горячую линию

«Жулик — террорист»

3 месяца назад

Реалии второй половины 2022 года и первой половины 2023-го «отличились» весьма существенной новинкой в длинном перечне цифровых угроз. И если в «локдаун» времен COVID-19 угрозы просто масштабировались, не привнося по своей сути никаких новых элементов, то на этот раз пользователи — и правоохранители тоже — столкнулись с весьма неожиданным «гибридом».

Собственно, гибридизация угроз — тренд давний. Многие опасности цифрового мира уже давно включают в себя и программно-технические, и контентно-психологические компоненты, причем последние в глазах преступников явно более существенны. Для тех же кибервымогателей стало важно не «проломиться» через программно-техническую защиту системы или устройства, а сделать так, чтобы пользователь сам «открыл дверь» злоумышленнику. Именно так они «окучивают» огромную аудиторию добропорядочных юзеров цифрового мира.

Однако по своей тематике угрозы пересекались редко. Те же мошенники, скажем, подчеркнуто дистанцировались от террористов и экстремистов — ибо «политика» им скорее мешала, создавая риск преследования от уже других — и очень мотивированных — правоохранительных подразделений. Но тут… в последние двенадцать месяцев оказалось, что и в этом нет ничего невозможного.

При расследовании целого ряда попыток поджогов военкоматов в России правоохранители столкнулись с интересным феноменом. Многие задержанные сообщили, что сделали они это… после того, как цифровые мошенники «увели» у них деньги. И пойти на поджог их заставили либо эти самые мошенники, обещавшие вернуть за это деньги, либо… представители правоохранительных органов! Которые таким образом привлекали их к «спецоперации» по задержанию жуликов, либо просто рекомендовали способ мести — ибо жулики, по их «данным», якобы заседали как раз в военкомате.

То, что такие абсолютно одинаковые вещи рассказывали задержанные из совершенно разных регионов, в конце концов еще можно было объяснить — дескать, подсмотрели «душещипательное» оправдание в Интернете. Но слова их подтверждались перепиской с жуликами в мессенджерах либо записями телефонных разговоров — а вот это уже попыткой «уйти от ответственности» объяснить было нельзя. И именно это заставило следователей отнестись к стремительно увеличивающимся в числе инцидентам максимально серьезно.

И в итоге выяснились очень неожиданные вещи. Действительно, вопреки всем, казалось бы, «канонам профессии», цифровые мошенники стали массово провоцировать россиян на теракты. Раньше, как уже говорилось, вселенные мошенников и террористов не пересекались — ибо жуликов интересовали только деньги, и лишние проблемы им были совершенно не нужны. Однако «шаблон сломался», и предсказуемо… на Украине. Где и так «процветала» целая куча фальшивых «служб безопасности банка» и «отделений полиции», постоянно пытавшихся украсть у россиян деньги в Сети. В условиях СВО украинские жулики не только не прекратили свой промысел, но резко активизировались — и, что самое главное, «прикрутили» себе новый функционал. А именно, украв деньги, мотивировали жертву поджечь тот самый военкомат — или что-то еще.

Выглядело это примерно так. В начале мошенники работали «как обычно» — под тем или иным предлогом похищали деньги. Раньше на этом все и заканчивалось — но теперь следовало продолжение. Например, от нового персонажа, вступившего «в игру», жертва узнавала, что «доблестные правоохранительные органы» установили местонахождение «похитителей» — которые, разумеется, сидят в военкомате, местной администрации или где-то в чем-то схожем. И дальше жертве предлагалось «помочь» в их «обезвреживании» в рамках «спецоперации полиции». А именно — кинуть пресловутые бутылки в окно, чтобы «жулики выбежали», а «спецназ» «зашел» в здание. То, что на месте жертва не видела не то что спецназа, а вообще кого-то в правоохранительной форме, ее не смущало — дескать, «все делается под прикрытием». В итоге происходило то, что происходило — и с настоящими правоохранителями обманутый человек знакомился в совершенно другом статусе.

Впрочем, одним сценарием мошенники, освоившие ремесло провокации терактов, не ограничивались — бывало, что работали и проще и грубее. Например, «правоохранитель» мог констатировать пропажу денег, отметить, что «деньги уже не вернешь», и «по-человечески порекомендовать» просто «отомстить похитителям». Дескать, «Ворошиловского стрелка» смотрели? Вот так же. А «похитители», само собой, все в том же военкомате. Или совсем грубо — мошенники «раскрывали», что они мошенники, и обещали вернуть деньги (или большую их часть) за совершение поджога.

Столь необычный для цифровых жуликов функционал возник, надо сказать, отнюдь не из-за «всплеска патриотизма» в украинской преступной среде — которая по умолчанию аполитична и не интересуется ничем, кроме денежных знаков. Просто украинские спецслужбы отчаянно искали хоть какой-то способ дестабилизации обстановки в России — а поскольку с этим как-то ну совсем не получалось, то хотя бы имитировать эту самую «дестабилизацию» их тоже устраивало. Для отчетности, надо понимать. И тут они «обратили внимание» на огромное количество нелегальных «колл-центров», давно и небезуспешно «окучивавших» российское пространство. Дальше интересы двух преступных сообществ — в погонах и без — сошлись. Киевские спецслужбы получали в свое распоряжение отлаженные коллективы, механизмы и схемы выхода на жертв в России в лице этих самых мошеннических «колл-центров» и избавлялись от необходимости создавать такие же структуры «с нуля». А жулики получали «крышу» от этих самых спецслужб — гарантию неприкосновенности со стороны местной полиции и возможность спокойно «тырить» деньги без опасности стука полицейским ботинком в дверь. Ну, и небольшое содержание к тому же. Просто для этого к сценарию «отъема или увода денег» им потребовалось прикрутить еще один элемент, подсказанный «дядями в натовских погонах» — провоцировать жертв на совершение противоправных действий.

Правда, такая схема работает только применительно к России. Разворачивать широкомасштабное мошенничество в том же Евросоюзе кураторы запретили. Ибо, если появится много обманутых европейцев, местные правительства могут и прекратить финансовую поддержку киевского режима. Впрочем, к размещению мошенников в странах ЕС, очевидно, ни киевские, ни европейские власти претензий не предъявляют — пока усилия жуликов не направлены на европейское пространство. Смотрят на их активность сквозь пальцы и европейские полицейские — тоже до поры до времени. Тем более что трансграничное правоохранительное сотрудничество между Россией и Европой последняя затруднила до предела.

Разумеется, в плане «политических» целей толку от всей этой активности нет от слова «совсем». К по-настоящему серьезному объекту такие «злоумышленники поневоле» подобраться просто не смогут. А военкомат довольно тяжело назвать «стратегическим» объектом, поджог которого круто изменит ход СВО. Скорее всего, это понимают и в Киеве, так как волна «мошенничеств с продолжением» постепенно начинает сходить на нет.

Казалось бы, можно спросить: а что, характерный «малороссийский» акцент (или тем более галицийский) не настораживал жертв? В том-то и дело, что нет. Россия — страна многонациональная, в которой живут совершенно разные народы — с разным произношением. И с кавказским, и с азиатским, и с вологодским «оканьем», и с московским «аканьем». Тем более что во времена Советского Союза население сильно перемешалось — по распределению в РСФСР приезжали и оставались жить узбеки, грузины, латыши… И тем более украинцы — чей говор схож с южнорусским. Поэтому малороссийское «гэканье» в исполнении «сотрудника полиции» у российского абонента не вызывало никаких подозрений. А уж если общение шло в текстовом режиме, в мессенджере — так тем более, ибо украинцы почти все прекрасно умеют писать по-русски. Что, впрочем, неудивительно, так как почти 90% украинцев владеют русским как родным, да и пользовались им на порядок чаще, чем «мовой».

Вовлечение мошенников в террористическую деятельность — это, пожалуй, ноу-хау в современной цифровой преступности, «открытое» на Украине. Впрочем, не следует считать жуликов «жертвами» — они прекрасно знают, что делают. Тем более что они и так по ту сторону закона, в отличие от своих жертв.

Защищаться от подобных «атак» следует почти так же, как и от обычных мошенничеств. Ведь если не допустить «увода денег», то до «продолжения» просто не дойдет. Главный совет — не верить на слово ничему, что Вам сообщили по телефону. Даже если, казалось бы, звонок идет с хорошо знакомого «короткого» номера банка — подделать видимый абонентом номер злоумышленнику совсем несложно. Ни в коем случае нельзя совершать действия, которые подсказывает Вам собеседник по телефону или в мессенджере — вводить какие-то коды, переходить по ссылкам и так далее. И уж, само собой, надо помнить, что любые «переводы на безопасный счет» — это сказка. Вам сообщают, что Вашему счету угрожает опасность? Отлично, положите трубку и перезвоните сами в банк. Только уточните номер в поисковике или найдите его в своей телефонной книге — не следует «кликать» по номеру в списке последних звонков, даже если он выглядит как настоящий номер банка. Телефон не разбирает подлинность номера или СМС — он просто отображает то, что ему прислали. Поэтому нажав на последний номер, идентичный номеру банка, Вы стопроцентно перезвоните тем же мошенникам. Лучше наберите номер сами вручную.

Еще ряд особенностей касается правоохранительной работы. Ни один полицейский или даже сотрудник ФСБ не будет решать с Вами какие-то серьезные вопросы по телефону, не говоря уже о мессенджере. Даже если Вам вдруг позвонит настоящий правоохранитель, то Вас он пригласит в отдел полиции. Причем в отделе беседовать с Вами будут в кабинете — это отчасти связано с тем, что лжеполицейские тоже наладились «приглашать в отдел», но, не имея возможности пройти внутрь здания дальше окна дежурной части, «беседуют» с жертвами на крыльце. Отдельная история связана с привлечением граждан к содействию правоохранителям в общем и оперативно-розыскной деятельности в частности — все это строго регламентировано законами («О полиции» и «Об оперативно-розыскной деятельности» соответственно), соответствующим образом оформляется (уж точно не по телефону) и имеет свои границы. Поверьте, даже в рамках «оперативного мероприятия» Вам ни один настоящий правоохранитель не предложит «штурмовать» военкомат. Об этом, кстати, и сами правоохранители говорят.

Лучший способ сохранить свои деньги в безопасности — это внимательность и осторожность. Доля этих качеств в быту гарантирует и неприкосновенность Вашим сбережениям, и спокойствие Вам лично. Трезвая логика и перепроверка информации — верный способ оставить мошенников с носом. Что опять же показывает практика. 

Наверх